Небольшая вечерняя прогулка

Недавно мой сын был на конференции в Москве. В дневное время - заседания, выступления, освобождались только вечером.
Поэтому гулял, в основном, по вечерней Москве. (Фото  Жени)

Кедр

                                                                          Кедр

Стоит он мощно, величаво,

Чуть на отшибе от других.

С него тайга берет начало,

А, может, он — конец тайги.

Как будто сказочное чудо

Явилось взору на момент,

Иль дивный витязь, ниоткуда

Принес порученный презент.

Его воинственные ветры

Не могут сдвинуть ни на шаг.

А за спиной другие кедры

Его окликнуть не спешат.

Так и стоит он, ожидая

Какой-то зов в грядущих днях.

А белок цокающих стая

Спокойно спит в его ветвях.

(Стихи Из интернета)

Начало

Увидел свет

Первая весна

Подросток

Весна

Стоит он мощно,

Величаво.

И снова - начало новой жизни

Кедр -  украшение и гордость тайги. Издавна их величают кедрами, хотя они и не относятся к настоящему роду “кедр”. Науке пришлось смириться и назвать эту группу пятихвойных сосен кедровыми.

На самом деле, «по науке» самый настоящий кедр - ливанский, но русские люди вот уже сотни лет называют сосну кедровую одним емким, хрустящим, как шелушение спелых шишек, словом - кедр.

Удивительным образом распорядилась природа. До Яблоневого хребта в долинах и предгорьях с запада растет кедр сибирский, от реки Буреи на восток, в таком же рельефе, - кедр корейский, и нет между ними никакого смыкания.

Первыми русскими, познакомившимися с другой кедровой сосной с гораздо более крупными шишками, чем у сибирской, были казаки отряда Василия Пояркова, добравшиеся в 1644 году из Якутска на Амур и спустившиеся вниз по реке. Но только через два века эта сосна заняла свое место в общей номенклатуре растений. Известный ученый Р. К. Маак в ботанической коллекции, собранной на Дальнем Востоке, передал в Санкт-Петербург, в Академию наук, ветки, шишки и орехи неизвестного хвойного дерева. По этому сбору ботаники

К. И. Максимович и Ф. И. Рупрехт описали новую для России древесную породу - кедр маньчжурский, - сегодня более известную под именем кедровая сосна корейская. 

Сосна корейская - мощное дерево, достигающее 30 - 40 метров в высоту, с прямым толстым стволом до 1,5 метров в диаметре.

Вспомнить лето

Вот уже и осень кончается, ветер срывает золото и пурпур с деревьев. Дворники сметают эту красоту в кучи, с городских цветников убирают последние цветы.
Цветы жалко - они ещё не погибли от заморозков, цветут из последних сил.

Юлия предлагает вспомнить лето и поделиться солнечным летним настроением.

Что нам остаётся на память о лете? Солнечные деньки, которых в городе у моря бывает немного (туманы-растуманы посещают чаще, чем солнышко), море, но оно есть всегда (весной,  осенью, и даже зимой), ягоды-фрукты (трудолюбивые китайцы снабжают ими круглый год).
Что осталось? Ну, конечно, цветы! Не те, что круглый год радуют нас на подоконнике и не те, что дарят в нарядных букетах на праздники, а летние цветы, цветение которых так радостно и быстротечно, как само лето.
Поэтому, вспоминая сегодня лето, делюсь с вами летними цветами.

Маленькие, но такие милые трёхцветные фиалки 

Водосбор переселился из леса

Ирис

Рудбекия  - солнце в любую погоду

Гибискусы растут во дворах и парках южного города

Удалось собрать семена, уже появились всходы. 

Надменная циния, ещё её зовут майором, чем она и гордится

Клематис 

Цветок из живой изгороди - гибискус

Её все знают!

Лотос

Групповой портрет 

Если маленькое путешествие в страну летнего цветения добавило хоть чуточку тепла и света, я буду рада.
Присоединяйтесь и делитесь летними воспоминаниями, пока они не стали прошлогодней историей.

Вдали погас последний луч заката

Вдали погас последний луч заката
И сразу тишина на землю пала.

Волшебный миг - прощание с солнечным лучом - всегда неповторим.

Не бывает двух одинаковых закатов.
Вот ещё один вечер, ещё один закат на берегу залива.

Не успели отгореть последние  краски заката -  зажглись городские фонари.

 Отгорел и погас ещё один закат, закончился ещё один день.   

Двое на острове

 Необитаемые острова (Роберт Рождественский)

Снятся усталым спортсменам рекорды.
Снятся суровым поэтам слова.
Снятся влюбленным
в огромном городе
необитаемые
острова.

Двое. Им хорошо вместе уже 10 лет.

Самые дальние,
самые тайные,
ветру открытые с трех сторон,
необнаруженные,
необитаемые,
принадлежащие тем,
кто влюблен.

Мои дядя и тётя. Вместе прожили почти 60 лет.

Даже отличник
очень старательный
их не запомнит со школьной скамьи,—
ведь у влюбленных
своя география!
Ведь у влюбленных
карты
свои!

Святые Павел и Февронья.

Пусть для неверящих
это в новинку,—
только любовь
предъявила
права.
Верьте:
не сказка,
верьте:
не выдумка —
необитаемые острова!..

Все здесь простое,
все самое первое —
ровная,
медленная река,
тонкие-тонкие,
белые-белые,

длинные-длинные
облака.

Ветры,
которым под небом не тесно,
птицы,
поющие нараспев,
море,
бессонное, словно сердце,
горы,

... и летом и зимой.

уверенные в себе.
Здесь водопады
литые,
летящие,
мягкая,
трепетная трава...

Мои родители. Вместе прожили  35 лет.

Только для любящих
по-настоящему
эти
великие острова!..
Двое на острове.
Двое на острове.
Двое — и все!..

Мы были счастливы... хоть и недолго.

А над ними —
гроза.
Двое –
и небо тысячеверстное.
Двое – и вечность!

... и на земле и под облаками.

И звезды в глаза...
Это не просто.
Это не просто.
Это сложнее любого
в сто крат...

Мы были вместе 25 лет.

В городе стихшем
на перекрестках
желтым огнем светофоры горят.
Меркнет
оранжевый отблеск неона.
Гаснут рекламы,
гуденье прервав...

Тушатся окна,

В парке Харбина.

тушатся окна
в необитаемых
островах.

Настроение

Настроение бывает разным, и порой, мы не можем понять, от чего оно зависит. Вот хотелось бы петь и плясать, а отчего-то не поётся и не пляшется.
Да, не обращайте внимания: за окном шумит дождь – первый осенний дождь. Холодный ветер срывает и несёт неизвестно куда ещё зелёную листву. Похоже, что наступила осень. А я никак не могу выбраться из простуды и хандры, которые не отпускают меня почти месяц.

Тихо летят паутинные нити.
Солнце горит на оконном стекле.
Что-то я делал не так;
извините:
жил я впервые на этой земле.
Я ее только теперь ощущаю.
К ней припадаю.
И ею клянусь...
И по-другому прожить обещаю.
Если вернусь...
Но ведь я не вернусь.

Почему стихи? Почему Роберта Рождественского? Просто так случилось: искала одно из его стихотворений, попалось это, совпало с настроением. Завтра будет новый день, и, возможно, настроение будет другим. Светлым, как эта берёзовая роща.

А пока пойду делать баклажанную икру – скоро зима, надо пополнять закрома.
И ещё стихотворение Рождественского, хотите читайте, хотите - нет.

Человеку надо мало:
чтоб искал
и находил.
Чтоб имелись для начала
Друг -
один
и враг -
один...
Человеку надо мало:
чтоб тропинка вдаль вела.
Чтоб жила на свете
мама.
Сколько нужно ей -
жила..

Человеку надо мало:
после грома -
тишину.
Голубой клочок тумана.
Жизнь -
одну.
И смерть -
одну.
Утром свежую газету -
с Человечеством родство.
И всего одну планету:
Землю!
Только и всего.
И -
межзвездную дорогу
да мечту о скоростях.
Это, в сущности,-
немного.
Это, в общем-то,- пустяк.
Невеликая награда.
Невысокий пьедестал.
Человеку
мало
надо.
Лишь бы дома кто-то
ждал.

1973